Я — фрактал своего сознания!

Волшебное действие валерьянки

В этот раз мы с Кириллом встретились в кафе. Обстановка для встречи была непривычной, так как обычно это всё происходило где-нибудь на улице. Я пришёл ровно к четырём, он же опаздывал, поэтому, чтобы не сидеть просто так, я заказал себе капучино.

Сидя в кафе, я с интересом наблюдал за тем, что происходило вокруг, и во многих людях и их разговорах узнавал себя в прошлом — неожиданно для меня открылось то, как же сильно я изменился за прошедший месяц.

— И, представляешь себе, этот гад заявляет мне: «я задержался на работе не из-за того, что хотел тебе насолить, а из-за того, что мне нужно добывать деньги»! — за соседним столиком с пылом рассказывала одна девушка другой.

— О, Боже! — поддерживала свою подругу вторая.

— Ты себе представляешь?! Это он мне говорит, что я ему стою денег, что я ему всю жизнь испортила!

— А ты что?

— Я ему и говорю: «Если ты не хочешь, чтобы мы были вместе, так и скажи. Я уже устала от твоего пренебрежительного отношения к моей жизни».

— А он?

— А он только и ответил: «Ок» — и повесил трубку, — у девушки был возмущённый вид, но одновременно с этим чувствовалось, что она готова расплакаться.

Я ухмыльнулся. Все эти жизненные драмы мне казались такими мелкими и пустыми — чем-то, не имеющим никакой ценности.

Наконец пришёл Кирилл. На нём были белый свитер, кожаная куртка, кожаные штаны. Он жевал жвачку. Подошёл к моему столику, поздоровался, жвачку вальяжно выплюнул прямо в пепельницу и свалился в кресло напротив моего.

— Ну? — холодно произнёс он.

Я заметил, что по отношению к Кириллу у меня возникают двойственные чувства: с одной стороны он мне был неприятен, и я его побаивался, а с другой — я испытывал к нему дружеские чувства, я уважал его.

— Как жизнь? — попытался завязать я разговор.

— Ты меня вызвал для того, чтобы спросить, как у меня жизнь? — дёрнул он бровью в ответ.

— Ну, не совсем, — замялся я и стал терять контроль над ситуацией.

Удивительно, как этому человеку удавалось вывести меня из равновесия всего лишь одной фразой или даже взглядом. Однако я вовремя опомнился и отстранился от всего происходящего, удалившись на позицию наблюдателя. Кирилл, судя по всему, всё это просёк и ухмыльнулся.

— Итак? — нарочито произнёс он, подгоняя меня.

— Ты что-нибудь знаешь о «союзнике»? — решил начать разговор я.

Кирилл насторожился, выпрямился и чуть подвинулся ко мне, поглядывая по сторонам.

— «Союзник»? Ты что обкурился или Кастанеды начитался? Какой к чёрту «союзник»?

Опять он выбил меня из колеи, и в этот раз я не сумел вовремя опомниться.

— Ну, он так себя называет.

— Что? — Кирилл поморщился. — Кто называет?

— Ну, — помялся несколько я, и, наклонившись к Кириллу произнёс полушёпотом, — голос в моей голове.

Кирилл посмотрел на меня с серьёзным видом, сочувственно покивал, после чего неожиданно громко дико заржал, чуть не упав со стула.

— Голос в твоей голове?! — выкрикивал он в промежутках между перекатами смеха.

Я раскраснелся и, стараясь, успокоить Кирилла, бросился шикать на него:

— Да прекрати ты!

Неожиданно для себя я начал злиться — то, чего я не делал уже очень давно. Кирилл же не успокаивался, как будто подначивая меня.

— И что же голос в твоей голове говорит тебе?

— Он говорит, — вскочил я с кресла, — что ты — кретин!

Люди вокруг смотрели на нас. Те две девушки неожиданно прервали свою занимательную беседу и с удивлением смотрели на нас. Возможно, в тот момент они думали о том, что идиотами земля полниться, возможно в тот момент они порадовались за то, что есть люди, у которых всё хуже, чем у них, возможно в тот момент они наконец отвлеклись от пережёвывания собственной важности... Возможно. Только мне не было до них никакого дела — для меня они всё равно оставались частью «серой массы»... Тем не менее, в тот момент я не сильно от них отличался. И как я мог только подумать, что этот сумасшедший может мне помочь?! С чего это я решил, что он мне подскажет что-то дельное. Я не глядя кинул на стол деньги за капучино и решительно направился к выходу из заведения, когда Кирилл неожиданно успокоился и, схватив меня за руку, притянул к себе.

— Сядь! — серьёзно процедил сквозь зубы он. — Ты хотя бы видишь и понимаешь, что творишь?

Я зло посмотрел на него и неожиданно контроль над ситуацией вернулся ко мне. Я снова стал наблюдателем, режиссёром... Усмехнувшись всей это ситуации, я вернулся на место.

— Что это? — спросил Кирилл, показывая мне листочек с надписью «Привет спящему из мира сновидений». По-видимому, я в приступе злости вытащил его из кармана вместе с деньгами.

— Это листочек с надписью, — удивлённо проговорил я.

Кирилл сверлил меня взглядом.

— А вот с этого места подробней. Откуда у тебя этот листок?

В некоторой растерянности, опасаясь, как бы Кирилл не выкинул ещё что-нибудь, я проговорил:

— Я его вытащил из своего сновидения.

Кирилл был серьёзен и очень сконцентрирован.

— Зачем ты это сделал?

Вопрос меня несколько озадачил.

— В смысл: «зачем»? Я не специально — просто видел сон про листочки, а утром обнаружил один из них у себя в кармане.

— «Просто» ничего не бывает! — процедил он. — Даже кошки просто так не рожают. И, если ты не можешь сказать, зачем ты сделал то или иное действие, это означает, что ты просто спишь. Вопрос только в том, на каком уровне ты спишь.

Кирилл снова расслабился и откинулся на спинку кресла, наблюдая за тем, какое действие оказали на меня его загадочные слова.

— Очевидно, что ты начал просыпаться здесь, в этом мире, на этой линии — ты, наконец, стал обращать внимание на жизнь вокруг себя, на свои ощущения и свои чувства. Очевидно также, что это привлекло к тебе какую-то заразу, которая тобой пользуется...

— Заразу? — посмеиваясь, перебил я.

— Конечно! А ты как думаешь?

— Я не знаю. Пока особого вреда от него не было, хотя меня беспокоит его наличие, и я не могу понять хорошо это или плохо. Знаю только, что от него лишь валерьянка спасает...

— Валерьянка, — Кирилл не на шутку удивился, после чего, смеясь, уткнулся в стол. — Валерьянка! Ну, ты даёшь! Первый раз такой прикол слышу!

Я улыбнулся, не понимая, в чём дело.

— Ну, да... Стоит мне только выпить валерьянки, как он сразу же замолкает и исчезает.

Кирилл посмотрел на меня с пренебрежением во взгляде.

— Дурак! — выпалил он. — С чего ты решил, что валерьянка обладает какой-то чудодейственной силой? Кто тебе сказал, что она оказывает на «союзника» волшебное действие, благодаря которому он исчезает? Что за бред?

Я не знал, что ответить и только в задумчивости дёрнул плечами в ответ.

— Ты сам же его и затыкаешь, а валерьянка для тебя — это всего лишь плацебо... На самом деле этот твой «союзник» всё время разговаривает с тобой на более глубоком уровне, что-то нашёптывает на ухо спящему тебе, а ты сам решаешь, что слышать, а что нет. Ты сам можешь контролировать процесс восприятия.

Я, не понимая, посмотрел на Кирилла и переспросил:

— То есть: «всё время нашёптывает на ухо»?..

— Всем чмоки в этом чате, — проговорил «союзник», из-за чего у меня прошёл мороз по коже.

Кирилл усмехнулся и с самодовольной улыбочкой откинулся в кресле, заложив руки за голову. Он выглядел так, будто приготовился к просмотру театральной постановки.

— О, какие люди! — продолжал «союзник». — Кирилл! Конструктор! Надеюсь, ты ему не веришь? Он тебе все мозги запудрит! Эти конструкторы всегда так поступают. Они же просто пешки — выполняют то, что им скажут... Им скажут: сделай игру, — они её и сделают... Им скажут: служить — они и служат. Поэтому ни единому их слову верить нельзя — они не настоящие, они никогда не говорят от своего имени...

Во время всей этой тирады, я старался не показывать вида того, что слышу голос в своей голове, но при этому внимательно слушал его и пытался понять, как же мне быть в этой ситуации, как поступить.

— Ты только посмотри на его довольную рожу, — не останавливался «союзник». — Как котёнок маленький: нагадил в тапок и рад этой своей пакости.

Я в растерянности встал с кресла и пошёл к барной стойке. Кирилл молча провожал меня взглядом.

— Ты же понимаешь, Игорь, что ты должен быть свободен, должен быть выше всего этого. Все эти сборы линий, все эти создания миров — всё это мелочно... Тебе надо быть действительно свободным.

— Скажите, пожалуйста, — обратился я к девушке за барной стойкой. — А у вас случайно нет валерьянки?

Этот мой вопрос озадачил её. Кирилл же, сидя за столиком, в очередной раз разразился заливистым смехом, из-за чего девушка неловко улыбнулась, а потому, кивнула и спросила:

— Вам нехорошо? Вызвать скорую?

— Нет, просто валерьянки пожалуйста!

— Валерьянку за третий столик! — дико смеясь, прокричал Кирилл, но я не обращал на него внимание.

Девушка хмыкнула и удалилась в заднюю комнату.

— Посмотри на эту девушку, — ни на секунду не останавливаясь, вещал «союзник». — Я тебе легко могу рассказать, о чём она думает. Могу выложить всю её подноготную. Для этого не надо быть, ни конструктором, ни создателем. Я могу тебя научить всему этому. Я могу научить тебя значительно большему, нежели Кирилл и вся его компания! Эти штуки с чтением мыслей — баловство для детей!

Девушка вернулась со стаканом воды с валерьянкой в руках и поставила его передо мной.

— Вот, пожалуйста.

— Спасибо.

— Не страдай ерундой, — прошептал мне прямо в правое ухо «союзник», из-за чего вынудил меня резко повернуться и попытаться найти источник звука. — Всё это мелочно, всё это тебе ненужно. Лучше соберись! Слушай, что я тебе говорю. Вся твоя жизнь — лишь отголосок сна...

Я посмотрел сумасшедшим взглядом на девушку, из-за чего та в некотором испуге отпрянула назад, взял стакан с водой и выпил залпом.

Всё сразу же прошло, стало тихо. Я посмотрел по сторонам. Кирилл с нескрываемым любопытством разглядывал меня. Девушка за барной стойкой стояла, широко открыв глаза, прижавшись к полкам у стены. Девушки за столиком разговаривали... Я обратил внимание на то, как один из посетителей выронил чайную ложку, из-за чего та начала скакать по кафельному полу... Но было очень тихо. Я не слышал ни чьих голосов, я не слышал никаких звуков, в кафе царила мертвецкая тишина, и только звон в моих ушах мешал ей установить тотальный контроль...

— Что ты, что ты! Валерьянка — это плацебо, — посмеиваясь проговорил в этой звуковой пустоте «союзник». Мир перед глазами задрожал, и я потерял сознание.


«Точка»
Подняться вверх страницы
Вы можете написать мне письмо прямо с сайта (вот отсюда).