Арт - Творчество

Испытание

Открываю глаза. В голове жуткая боль, ничего не понимаю: ни где нахожусь, ни что произошло, даже не уверен в том, кто я. Не шевелясь, осторожно оглядываюсь по сторонам, двигая только зрачками глаз. Незнакомая комната, незнакомые стены с голубыми обоями с изображениями белых пушистых облаков, незнакомая кровать. Лежу, укрытый лёгким пуховым одеялом с пододеяльником в оранжевый цветочек. Голова — на большой мягкой подушке. Чувствую, что на мне одежда. Жарко. На спине выступил пот.

Медленно-медленно начинаю вставать, убирая с себя одеяло. Сажусь.

Чёрные облегающие джинсы, тёмно-синяя майка, голубая джинсовая куртка, чёрные кеды с белыми полосками. Смотрю на подушку, на которой только что лежал и замечаю новенькую светло-бежевую бейсболку с синей надписью «Feel». Верчу в руках. Я вроде бы никогда такой одежды не носил. Не уж то это всё моё?

Нацепляю бейсболку на голову, встаю с кровати, подхожу к двери из комнаты. Дверь монотонного белого цвета, гладкая, лёгкая. Ручка — круглая, покрашенная в белый цвет, с небольшими сколами, через которые просматривается какой-то неблагородный металл. Поворачиваю и выхожу из комнаты.

Никогда не был в этой квартире. Что произошло. Почему я здесь?

Иду по коридору, пытаясь найти кого-нибудь:

— Извините! Здесь есть кто-нибудь?

Тишина.

Не уж то этот странный тип меня загипнотизировал и увёз на какую-то квартиру? Зачем? Он собирается проделать со мной какие-то опыты? Ведь, не зря же была брошена фраза «пусть докажет»...

Прохожу на кухню. Запах сладкого и кислого. В квартире бездарный ремонт: крашеные розово-жёлтые стены, подвесные потолки, покрашенные в светло-зелёный, дешёвая голубая тканевой люстра, чёрная столешница... Ну, да ничего, переживу. Хочется есть. Иду к холодильнику.

Раз уж они меня сюда притащили, так я имею полное право залезть в их холодильник и набить свой желудок.
Внутри много продуктов. Прям битком забит — как будто хозяин готовится к концу света. Не то, что мой холодильник, в котором обычно хранится только всё самое необходимое и то, что Дагни захотела купить...

В голове всплывает её смытый, нечёткий образ. Даже не образ, а какие-то обрывочные воспоминания о ней. Шарю по холодильнику, выбирая, чтобы съесть, пытаясь привести в порядок мысли о ней. Не уж то повторяется? Как тогда, когда я пытался написать её портрет...

О! Металлическая эмалированная коробочка, а в ней — гречка с мясом. Кажется, такое мясо называется «ленивый шашлык». Пойдёт.

Достаю, после чего начинаю болтаться по кухне в поисках каких-нибудь столовых приборов. Нахожу ложку. Разогреть? А как? СВЧ нет. А, чёрт с ним! Съём так, авось переживу.

Зачерпываю ложкой гречку и подношу ко рту, когда неожиданно со стороны коридора раздаётся шорох. Кажется, хозяин пришёл. Ну, и что. Перебьётся. Не пойду встречать. Пусть сам идёт. Одна за другой ложки переносят гречку с мясом в мой рот. Конечно, холодное блюдо, жир на мясе слегка застыл и теперь прилипает к нёбу, но для того, чтобы наесться вполне сойдёт.

Заслышав, как я стучу ложкой по металлической коробочке, хозяин низким голосом кричит из коридора:

— Котик, это ты?

Усмехаюсь. Какой я к чёрту котик? Поиздеваться решили?! Ну-ну.

Раздаются шаги и в комнату входит коротко стриженный, подкаченный мужик, лет сорока с пивным животиком.

— Ты кто? — агрессивно и недовольно смотрит он на меня.

— Дима, — сквозь гречку отвечаю я и нагло засовываю в рот следующую ложку.

— Какого хрена ты делаешь в моей квартире?! — с напором повышает он голос.

— Это я должен тебя спросить, что я делаю в твоей квартире, — бесцеремонно отвечаю ему. — Это, ведь, твоего дружка рук дело... Я-то тут ни при чём — загипнотизировали, привезли, ничего не объяснили...

— Какого хера ты мне тут несёшь?! Да ты, небось, любовник моей жены, о котором мне друзья рассказывали! — по виду мужика можно сказать, что тот готов меня разорвать на части.

— Какой ещё любовник, ты что?! — не понимаю я, начиная сбавлять обороты наглости. — Подожди! Я тут ни при чём!

— Ни при чём?! — вскипает он и начинает ко мне приближаться. — Может, и бейсболка «Feel» тоже ни при чём? Сейчас я тебе покажу, сука, как за чужими жёнами увиваться...

В голове много чего проноситься за это время, но самое главное, к чему я успеваю прийти, заключается в том, что мужик не шутит, и, если я сейчас не дам дёру, он меня поймает и, возможно, побьёт.

Бросаю эмалированную коробочку с мясом и гречкой в его сторону, а сам вскакиваю на стул, затем — на стол, поднимая ноги повыше, уворачиваясь от толстых ручищ мужика, затем спрыгиваю на пол и несусь к выходу из квартиры. Мужик как слон топает за мной, матерясь, стряхивая гречку и обещая меня порвать на части, изнасиловать и сделать со мной что-то противоестественное, если догонит... В общем, лучше, чтоб не догнал. Подбегаю к двери и в панике, ни на секунду не задумываясь, поворачиваю защёлку, дёргаю за ручку и выбегаю на лестничную площадку. Мимолётом отмечаю: белые стены, прибрано, чистенько, горит ровный свет дневных ламп — ни разу в жизни не был в таком гармоничном подъезде. Слетаю вниз по лестнице, не оборачиваясь и даже не пытаясь разобраться с тем, продолжается ли погоня. Но судя по грохоту где-то наверху и сотрясаемым перилам, она ещё не закончилась. Оказывается, я был на седьмом этаже...

Перепрыгивая через одну ступеньку, держась за поручень, цепляясь на поворотах направо за рейки перил, несусь вниз. Вылетаю из подъезда, распахивая дверь обеими руками, бросаюсь налево и отбегаю на приличное расстояние, скрываясь за угол. Только после этого успокаиваюсь и наблюдаю за тем, что же произойдёт дальше. И уже спустя пару секунд, дверь отлетает в сторону, едва не вылетев из петель, из подъезда выбегает обливающийся потом, запыхавшийся мужик и останавливается. Глядит по сторонам. Не знает, куда я делся. И слава богу! Громко матерится, пинает пустую скамейку, попавшуюся ему под ногу и весь покрытый злостью уходит назад в подъезд.

Фух! Пронесло! Но что это было? Где же я и как тут оказался? Иду в неизвестном направлении, еле волоча ноги, через алею с развесистыми деревьями. Бейсболку переворачиваю козырьком назад, чтобы не мешала ориентироваться на местности.
Ощупываю свои карманы. Кошелёк на месте. В кармане жилета — солнцезащитные очки. Мобильник на месте! Отлично! Значит всё в порядке. Сейчас дозвонюсь до Игоря, и проблема будет решена. Достаю и смотрю на экран. «SIM карта не распознана». Очень странно! Может, попробовать выключить и снова включить? Тот же результат. Может, они подменили мою SIM карту? Снимаю крышку с задней стороны мобильного телефона. Вытаскиваю симку и верчу в руках, осматривая. Внешне всё, вроде бы, так же. Ну, а как на взгляд определить действительно ли всё в порядке? Пока, в общем, это неразрешимая проблема. Ну, да неважно. Всё вставляю назад и закрываю. Главное — добраться до метро, а дальше я уже со всем разберусь.

Неожиданно для себя отмечаю, насколько всё вокруг чисто и прибрано, насколько хороши фасады домов, насколько ровен асфальт, положенный во дворах, насколько новы детские площадки... Прям, не двор, а идиллия. По дороге встречаю прилично одетого, опрятного мужчину лет сорока.

— Извините, не подскажите, как пройти до метро?

Тот искренне улыбается мне, кивает и, дослушав вопрос, отвечает:

— Вам нужно пройти вон в ту сторону, — показывает рукой, — так вы выйдете на улицу Сикейроса, её нужно перейти. После этого нужно будет пройти налево, вдоль неё до проспекта Энгельса. Как дойдёте до Энгельса, поверните направо, перейдите через дорогу по пешеходному переходу, а оттуда метро очень легко найти.

— Спасибо, — немного опешив от такого подробного объяснения, благодарю я.

— Не за что, — кивает в ответ мужчина, улыбается и направляется далее по своим делам.

Выхожу на Сикейроса и опять удивляюсь — ровнейшие дороги, чёткая разметка, спокойно едущие машины... Подхожу к пешеходному переходу, наступаю на проезжую часть и сразу же все машины вокруг притормаживают — пропускают.

— Да что же это с вами со всеми стряслось, люди? — шутливым тоном удивляюсь я всему происходящему и неторопливо перехожу, наслаждаясь моментом.

Что за бред? Я в Питере? Не может быть! Почему так прибрано? Почему так чисто? Почему люди такие вежливые? Иду до проспекта Энгельса, заняв свою голову мыслями о том, где же я, и что происходит. Периодически эти мысли сменяются толстым мужиком и квартирой, гречкой с мясом и Дагни. Но Дагни почему-то надолго не задерживается в моём сознании. Может быть, я просто в какой-то особенной части города? Может, это какой-то тестовый район? Нет! Бред! Как может город так резко различаться: на Приморской одно, а у проспекта Энгельса — всё совсем иначе? Не может быть. Вся эта прибранность, слаженность и чёткость больше напоминает Америку из фильма «Терминатор» 1984-го года выпуска, которую Россия, в которой я всегда жил, даже в 2010 не была в состоянии догнать. Но каким же образом всё изменилось в одночасье, как по мановению руки? Такого не бывает! Надо срочно встретиться с Игорем или хотя бы с Ромкой и поговорить.

Следуя за людьми, выхожу к метро. Захожу внутрь, достаю кошелёк, готовясь приложить бесконтактную карточку и пройти через турникет, но тут меня ожидает неприятный сюрприз — турникеты совсем другие, не такие, к которым я привык. В них нет никаких ограничителей, есть только табло с двумя изображениями: зелёной стрелочкой и красным крестиком. В них нет никаких прорезей, в которые надо что-то вставлять, не выделено никаких зон, к которым надо что бы то ни было прикладывать. Просто металлические ворота с двумя изображениями.

Отхожу в сторону и слежу за тем, что делают остальные люди — а они просто подходят, перед ними загораются зелёные стрелочки, и они проходят. Вот две молодые девушки в лёгких летних юбочках и светлых топиках, болтающие о чём-то своём, практически не останавливаясь, не обращая внимание на эти странные турникеты, спокойной проходят, а те их приветствуют зелёными стрелочками. Вот так же, как ни в чём ни бывало, проходит мужчина в деловом костюме, разговаривающий по мобильному телефону, и опять зелёная стрелочка ему навстречу. Бабушка (не первая такая, которую я встречаю), одетая не как наши нормальные бабушки, а чисто, во всё новое, бодро выглядящая, с более спокойным взглядом, также проходит через турникет. И всем им горит зелёный свет! Ни одного крестика за пять минут наблюдений. Никаких манипуляций с чем бы то ни было. Может быть проход свободный? Подхожу к турникету. Загорается красный крестик. Тут что-то не так. Озадаченно отхожу в сторону. Ко мне подходит женщина в форме с иголочки с символикой метрополитена и участливо спрашивает:

— Здравствуйте. Что-то стряслось? Не уж то у вас деньги на счету закончились?

Как будто извиняясь отвечаю ей:

— Да я немного сегодня дезориентирован... Не могу никак понять, как пройти в метро.

— А это очень просто, — немного удивлённо, но вежливо отвечает она и углубляется в объяснения. — Турникет проводит моментальный анализ вашей внешности, после чего находит вас в базе данных и снимает деньги со счёта. Если денег недостаточно, то появляется красный крестик, который сигнализирует о том, что вы не можете воспользоваться услугами метрополитена.

Смотрю на неё хитро, пытаясь понять, серьёзно ли она это всё говорит.

— А что мне мешает пройти при горящем красном крестике?

— Но это же будет преступление, — не скрывая своего изумления отвечает она. — Любой человеческий труд должен же быть оплачен!

Никак не могу понять, шутит она или нет, пристально смотрю на неё, не меняясь в лице. Люди здесь явно какие-то свихнувшиеся: мыслят не так, выглядят позитивно. И эта вот женщина искренне смотрит на меня, без единой капли агрессии и без наигранной вежливости...

— Ок, — оживляюсь я, продолжая беседу. — Мне нужно попасть в метро, но денег на счету нет, что делать?

— Это очень просто, — снова улыбается она. — Пройдёмте со мной, я вам помогу оформить одноразовый билет.

Соглашаюсь, понимая, что альтернатив у меня как таковых и нет. Следую за ней. Мы подходим вдоль турникетов до двери с табличкой «Персонал» и заходим в комнату. Комната светлая, стены белые, свет мягкий. В комнате деревянная мебель светло-бежевого цвета, три компьютера марки «Роботроникс», за двумя из которых сидят молодые люди в такой же униформе, что и женщина, на стене у входа висят жидкокристаллические мониторы, по которым транслируется всё происходящее в метро. Женщина подходит к свободному компьютеру, подзывает меня и спрашивает:

— Итак, какой у вас идентификационный номер?

Смотрю на неё, откровенно не понимая, чего она хочет. Предполагаю:

— Вы имеете в виду номер паспорта?

— Паспорт? — удивляется она и опять улыбается. — Вы, верно, шутите? Зачем мне номер вашего паспорта? У нас же уже лет десять как их отменили...

— Ну, у меня нет никакого идентификационного номера, — возражаю я.

— Быть этого не может! Если у вас нет идентификационного номера, то вы либо мертвы, либо просто не существуете, — выдаёт она. Я смотрю на неё совершенно серьёзно, однако потом понимаю, что это она так пошутила. Смеюсь и решаюсь немножко облегчить себе жизнь:

— Но как бы то ни было, я не помню свой идентификационный номер.

— Хорошо, — спокойно отвечает женщина и по заученному шаблону продолжает. — Тогда назовите свои фамилию, имя, отчество.

— Лисин Дмитрий Валерьевич.

Девушка щёлкает по клавиатуре, после чего задумчиво смотрит в экран.

— Дата и место рождения.

— Тринадцатого декабря восемьдесят седьмого года, город Архангельск.

Женщина опять щёлкает по клавишам, после чего приходит в ещё более задумчивое состояние, долго копается в компьютере, и в итоге говорит:

— Странно. Вы ничего не перепутали?

— Перепутать своё имя или дату рождения? Вы серьёзно? — теперь уже удивляюсь я.

— У нас в базе нет человека с такими данными.

Видно, что она в тупике и не знает, как из него выйти. Поворачивается к своим сотрудникам и спрашивает у них:

— Вы когда-нибудь с таким случаем сталкивались?

— А? — поворачивается в её сторону один из парней, тот, что коротко стриженный брюнет с аккуратной бородкой и усиками. А она в ответ перечисляет, загибая пальцы:

— Человека не распознают детекторы, он не может назвать своего идентификационного номера, в базе данных его не найти... Что обычно в таких ситуациях делают?

— Я не знаю, — в растерянности отвечает парень. — Ни разу с такой ситуацией не сталкивался. Нужно как-то установить личность: анализ ДНК, например, провести... В общем, вызови полицию — пусть они разбираются.

При слове «полиция» мне становится не по себе и мурашки пробегают по затылку. Мало того, что вокруг эта чертовщина творится, так ещё и с ментами общаться — кто знает, что те пришьют человеку без идентификационного номера. Я начинаю нервничать и подумывать о том, как смыться. Женщина же в это время поднимает трубку телефона, нажимает кнопку и произносит:

— «Озерки». Пришлите, пожалуйста, наряд. Не идентифицированная персона, — и смотрит в мою сторону, улыбаясь. — Спасибо. — Кладёт трубку. — Не волнуйтесь, сейчас приедет полиция, и вам помогут.

Её оптимизма не разделяю, пячусь к двери, с опаской произношу: «Пожалуй, я как-нибудь так...», — дёргаю ручку и выбегаю наружу.

— Стойте! — взволнованно кричит женщина мне вдогонку и бросается за мной. — Остановите его!

Но не тут то было! Нашли дурака! Быстренько просчитав различные варианты в голове, бросаюсь через турникеты и сбегаю по эскалатору. Как я и ожидал, никакой кары, кроме красного крестика на табло, не последовало.

Сердце стучит бешено. Вторая лестница, по которой я лечу вниз за этот день. Что же произошло? Куда же делся мир, который я знал? Кто мне подсунул эту футуристическую приторную утопию? Как такое произошло?.. Возможно, друзья помогут? Возможно, Игорь сможет прояснить ситуацию?.. Но как мне на него выйти? Надо либо на работу ехать, и там его искать, либо к нему домой. Только что-то внутри подсказывает, что не найду я Игоря ни там, ни там. Впрочем, попытка не пытка.

Спускаюсь на платформу и отбегаю подальше от эскалатора. Как раз подходит поезд, открываются двери, я в него забегаю и встаю к противоположным дверям. Запыхался. Пытаюсь отдышаться, смотрю по сторонам — люди от меня шарахаются и смотрят на меня со страхом в глазах. Кто-то показывает на меня пальцем, кто-то просто встаёт со своего места и уходит в другую часть вагона.

Не уж то у меня на лбу написано, что я преступник?!

Поворачиваю голову и смотрю в своё отражение в стекле и непроизвольно дёргаюсь в сторону от него. Действительно, прямо у меня на лбу появился яркий красный символ: буквы «НП» в окружности. В панике пытаюсь стереть его, но ничего не получается: такое ощущение, будто сама кожа без какой бы то ни было причины в этом месте поменяла свой цвет. Переворачиваю бейсболку козырьком вперёд и натягиваю её потуже, так, чтобы закрыть это безобразие от любопытных взглядов и, сложив руки крестом, еду в сторону «Горьковской» в одиночестве, с опаской поглядывая по сторонам. Как же мне хочется сейчас спокойствия! Может быть, стоит просто вернуться к себе домой и отрубиться, забыть про весь этот кошмар? Просто заснуть, а потом проснуться, посмотреть по сторонам, найти у себя на плече Дагни и покрепче её прижать к сердцу. Дагни. А образ её почему-то становится всё менее и менее чётким. И я цепляюсь уже больше не за неё саму, а за воспоминания о ней. Или даже за воспоминания о воспоминаниях о ней... Почему же она исчезает? Куда же деваются мои чувства и мысли о ней?..

На «Удельной» в вагон заходит человек в белой форме с погонами, отдалённо напоминающий милиционера, только не толстый, не злой и и не наглый. На поясе у него висят рация, дубинка и какое-то небольшое устройство, напоминающее электрошок. Он оглядывается по сторонам, замечает меня и направляется в мою сторону. Отношусь к нему насторожено, включаю всё своё внимание, но беспричинного страха и подсознательного чувства вины, как это обычно бывает с Российскими ментами, он почему-то у меня не вызывает.

— Младший сержант Петров, — здоровается тот и открывает передо мной своё удостоверение. — Будьте добры, пройдёмте со мной для установления вашей личности.

Значит таки выследили. Быстро! Хорошо работают, сукины дети! Но пока я стою на ногах и нормально соображаю, я им не сдамся. Удар левой в поддых менту, оттолкнуть от себя и бежать, что есть сил из вагона, а оттуда — к эскалатору. Люди вокруг в испуге разбегаются врассыпную, пространство передо мной освобождается само собой. Ещё чуть-чуть, и я у эскалатора. Ещё чуть-чуть, и я выберусь наружу... а там уж что-нибудь придумаю... Но сзади раздаётся хлопок и что-то впивается мне в правое плечо и сразу же после этого моё тело опрокидывается и немеет. Меня трясёт, но ничего поделать с этим я не могу. Непроизвольно сильно стискиваю зубы, на шее вспухают жилы, глаза напряжены. Лежу на спине недвижимый и слышу голос мента:

— Требуются носилки. Неидентифицированная персона оказала сопротивление. Пришлось применить силу.

— Вас понял.., — раздаётся в рации, а моё сознание уплывает куда-то в сторону, и я погружаюсь в темноту.


«Точка»
Подняться вверх страницы
Вы можете написать мне письмо прямо с сайта (вот отсюда).