Strangers passing in the street...

Спаситель

Прошло несколько дней, в течение которых я был в заточении. Большую часть времени я проводил в небольшой аскетичной камере, выкрашенный в салатовый цвет, главными элементами мебели в которой были зелёная металлическая дверь, галогенная лампа под потолком, до которой можно было дотянуться кончиками пальцев, встав на цыпочки, и небольшая одноместная кровать с жёстким матрасом. Несколько раз за всё это время меня водили на «восстановительные процедуры» и промывали мозги. С каждым разом после этого дела, отходил я всё дольше, сил у меня оставалось всё меньше, я угасал. И чувствовал, что ещё несколько дней, и совсем пропаду.

После очередной такой «процедуры», пока я плохо соображал и находился в странном туманном бреду, ко мне в комнату вошёл человек.

В тумане из сумасшедших образов и путанных мыслей, я вижу фигуру, которая берёт меня под локоть и направляет к выходу.

— Ставни! Ставни закройте! А то весь свет выйдет, — беспокойно из того мира говорю я.

— Тш-ш-ш, — успокаивает человек, ни пол, ни возраст, ни образ которого я пока воспринять полностью не могу.

— Ведь чёрная вечность дремучего сознания окаймляет океаны белого мироздания, — умничаю я, на что человек никак не реагирует и медленно, но уверенными шагами выводит меня из камеры и далее ведёт по коридору.

— Кто ты, жёлтый понедельник? — спрашиваю я в своём сумасшедшем помутнении, пытаясь хоть чуть-чуть прийти в себя и задать какие-нибудь элементарные вопросы.

— Всё в порядке, Дима. Это я. Сейчас мы с тобой выберемся отсюда.

Вдалеке раздаются шаги и какой-то шум, мой спутник настораживается, уши его вырастают и сам он становится фиолетового цвета... А, впрочем, возможно, это всё моё воображение... Он усаживает меня на пол, кидает полушёпотом: «я сейчас» — и скрывается за углом коридора. Шум возрастает и становится ярко алого цвета, после чего стихает и становится спокойным, голубым. Попутчик подходит ко мне и поднимает.

— Всё чисто. Можем идти дальше.

Меня жутко шатает, стены злобно смотрят на меня, а пол так и пытается укусить за ноги. Подпрыгиваю.

— Тш-ш-ш, Дима! Всё хорошо. Иди ровней, — повторяет попутчик. — Ещё немного.

А путь наш всё не заканчивается и даже конца не видно — сплошной глухой тоннель из серых стен, пола и потолка. Мы проходим пропускной пункт на выходе из корпуса, краем глаза замечаю охранника, упавшего со стула и уснувшего прямо на полу. Из его головы течёт красная жидкость, по мере вытекания меняющая свой цвет на чёрный. Да и сам охранник постепенно чернеет и распадается на части.

— Чёрная смерть! Как любопытно! Чёрная смерть друг белой жизни, — несу я околесицу помимо своей воли. Мой спаситель не обращает на это внимание.

Мы поворачиваем направо и идём по коридору, по которому я ходил, возможно, только один раз — когда меня сюда заточили... И что же теперь? Не уж то я, наконец, свободен? Путь долог и лесист. В качестве деревьев, правда, поваленных, сломанных, выступают люди в белых халатах и синей форме. В качестве заднего фона — стены, некоторые из которых в чёрных пятнах...

Наконец, мы выбираемся наружу, поворачиваем направо и какое-то время мой попутчик идёт целенаправленно и быстро, не останавливаясь, фактически волоча меня на себе. Затем мы, наконец, приходим к какому-то безжизненному тёмному месту. Он меня усаживает на асфальт, прислоняет спиной к холодному бетону и склоняется надо мной.

— Димка, ты в порядке? — спрашивает он, глядя прямо мне в лицо и улыбаясь.

— Я доброе утро, — отвечаю ему. Тот ухмыляется и гладит меня по голове.

— Ничего, это скоро пройдёт.

Смотрит на часы, что-то прикидывает, покусывая нижнюю губу.

— Мне нельзя здесь оставаться. Мне надо возвращаться к себе. Димка, сейчас очень важно, чтобы ты меня понял и запомнил, что я тебе скажу, — треплет меня немного за плечи, чтоб я пришёл в себя. — Димка! Ди-имка! Соберись! И запомни! Тебе нужно вспомнить себя на старой линии! Слышишь меня?

— Да, конечно, — в полупьяном состоянии отвечаю ему. — Красная линия — линия скоро заката!

Он качает головой и тяжело вздыхает.

— Дима, вспомни себя, вспомни что-нибудь очень яркое и важное для тебя из той твоей жизни! Это критично для тебя. Если ты этого не сделаешь, то тебе крышка. Ты понял?

— Я киваю и отмахиваюсь, укладываясь на левый бок, а затем постепенно отключаясь от всего происходящего.

Мой спаситель поднимается на ноги, стоит в нерешимости, сочувственно смотрит на меня и завершает своё спасение репликой:

— Всё. Больше я сделать не могу. Я убегаю. Надеюсь, мы ещё увидимся.

Встаёт и целенаправленно, быстрым шагом, уходит. А я лишь ему в след, сквозь своё туманное сновидение, еле заметно, заплетающимся языком кидаю:

— Спасибо, Игорь!


«Точка»
Подняться вверх страницы
Вы можете написать мне письмо прямо с сайта (вот отсюда).