Арт - Творчество

Двойная ловушка

Я лежал в кровати в светлой комнате и ощущал звон в ушах. Что-то внутри меня сломалось, что-то изменилось после всех событий. Я оглянулся по сторонам и понял, что лежу в какой-то палате, но уже точно не в сумасшедшем доме. Символика на стенах подсказывала, что я снова в «.». От этого меня охватила паника. Я опять в этом сумасшествии! Я опять в ловушке! Ведь, если доктора Меньшова на самом деле не существовало, значит я опять вернулся на линию с точечным отстрелом, и моё физическое уничтожение на этой линии неминуемо. Если же, доктор существовал, значит он был прав, и я опять нахожусь в ловушке, только на этот раз — своих галлюцинаций и иллюзий. Оба варианта сводили с ума и приводили в жуткую депрессию.

Я в отчаянии схватился за голову, уселся на кровати и заплакал. Слёзы лились очень неохотно и скупо — разучился я плакать за годы своей жизни. Впрочем, чего ещё ожидать, если с самого детства мне все окружающие говорили, что мужчины не плачут... Вот я и поверил в это... Впрочем, если этот мир — всего лишь плод моего воображения, то здесь меня ничему не учили, а значит и плакать я могу навзрыд, наплевав на все нормы приличия. Я заплакал...

Кто же я на самом деле, и что же со мной происходит?! В какой момент я потерял уверенность в истинности себя? Почему я не могу жить нормально и спокойно как все: найти девушку, жениться, влезть в ипотеку и выплачивать её всю свою оставшуюся жизнь или до смерти президента страны, работая при этом преподом в вузе, получая свои официальные гроши и неофициальные деньги за оценки блатным? И действительно: почему бы мне, когда первый раз предложили, не взять деньги за то, чтобы поставить зачёт «внучатому племяннику троюродной сестры друга декана общеэкономического факультета»? Зачем эта принципиальность, этот свой путь, а потом — эта статья, эта организация, эта «.»?! И что я за человек-то такой?! И человек ли вообще? Может быть, ничего этого не существует. Может быть, даже сумасшедший дом не существует, а я — всего лишь капля пота на лбу розовой коровы, участвующей в межгалактических паралимпийских играх. И пока я стекаю со лба и веду своё движение к полу, я существую, я живу, я мыслю и трансформируюсь нечто другое, неизвестное... Но стоит мне, наконец, достичь пола, как и существование моё прекратиться... Тоже неплохая перспектива...

Мысли путались в голове и перескакивали с места на место, напоминая бред сумасшедшего. Явно со мной что-то было не так.

Неожиданно дверь открылась и вошёл Алексей Алексеевич. Он окинул палату взглядом и посмотрел на меня, хнычущего маленького мальчика, сидящего на кровати, обняв свои колени и утирающего слёзы. Он подошёл ко мне, сел на край кровати и похлопал по плечу.

— Зэа-зэа. Всё закончилось. Твой кошмар из овер, и ты эген с нами. Ты эген под нашей опекой.

Я посмотрел на него с непониманием и слёзы остановились сами собой.

— Ты был в транс кондишн, на грани с комой, в течение всего последнего месяца. Очень сильно бредил, говорил эбаут какой-то Кирилл и доктор Меньшов... Мы беспокоились о тебе.

Как же, беспокоились! Скорее беспокоились об идеологии «.»...

— Вы за это время ещё кого-то убили? — задумчиво спросил я.

Алексей Алексеич смутился.

— Мы не убивали. Сосаити вынесло ряд приговоров, и мы привели их в исполнение...

— И кого же вы убили? — печально спросил я, взвешивая в своей голове, сколько мне осталось ещё сидеть в этой клетке. Я опустил ноги на пол.

— Мы дошли до буквы «К»...

Я покачал головой.

— Бат ты зря переживаешь, — воодушевлённо продолжал АА. — Путинская систэм в очередной раз продемонстрировала своё бессилие: все номенклатурщики боятся лезть в это дело. Как их начали мочить, так теперь вообще не высовываются и шёлковыми стали... Бат никто никаких конкретных действий не предпринимает. Наоборот всё встало, и все боятся какое бы то ни было решение принимать против пипл. Все Путинские инициативы буксуют... Даже после обращения Путина к нации об угрозе терроризма и введения в стране чрезвычайного положения, ничего не изменилось. Наоборот, это пипл озлобило ещё больше, поэтому сейчас происходят многочисленные независимые точечные отстрелы по всей стране.

— Вы не пипл, — перебил и передразнил я. — Вы даже его не представляете. То, что твоя террористическая организация разрослась и теперь несёт хаос из разных уголков страны, ещё не говорит о том, что ты представляешь интересы народа...

Алексей Алексеич разочаровано вздохнул, покачал головой и в качестве последнего довода заключил:

— Энивэй остановить это уже невозможно... Если даже нас прикроют, процесс уже запущен. Люди видят, что «точечный отстрел» работает, а чиновники стали задумываться о том, стоит ли воровать и нужно ли лишний раз нестись по встречке...

— Что работает-то? — посмотрел с умилением на него я. — Ты же сам говоришь, что ничего не происходит в стране и никаких решений не принимается. Всё встало из-за террористической угрозы. Пока есть «.», есть угроза, есть ваш «точечный отстрел»...

— Твой вообще-то, — буркнул Алексей Алексеич.

— Нет, не мой. Ваш, — с напором отметил я. — Вы реализовали идею, вы прочли мои слова так, как вам этого захотелось, как это было выгодно. И теперь есть все основания для того, чтобы уничтожить «.», и даже мировое сообщество не будет против этого.

— Да плевал я на мировое сообщество, — вспылил Алексей Алексеич и вскочил с места, начав наворачивать круги по комнате. — Эта «суверенная управляемая ручная демократия» достала уже всех, причём не только в пределах нашей страны. Выходки Путина внутри страны и за её пределами уже никем не воспринимаются хорошо. Россия на мировой арене стала страной клоунов, возглавляемой немолодым, маразматичным хамом и грубияном! Но им то что?! Им нет до нас дела, и нам нет никакого дела до них. Главное — это то, что пипл поддерживает нас! Пипл не уничтожить!

— Зато «.» вполне можно показательно уничтожить, — проговорил печально я вслух и задумался.

Неожиданно в голову пришла очевидная мысль: если это всё на самом деле лишь моё безумие, то надо следовать совету доктора Меньшова. Он же говорил, что я смогу вернуться к нормальной жизни, когда все «.» будут уничтожены... Мысль настолько была простой и очевидной, что разом сняла с меня все проблемы. На лице моём разлилось спокойствие и умиротворённость.

Алексея Алексеича это злило ещё больше, но он явно сдерживался от неприличных высказываний в мой адрес. Чтобы не вскипеть он прикрыл глаза, глубоко вздохнул и с деланным спокойствием заключил:

— Ладно. Зис демагогия ни к чему не приводит. Энивэй мы с тобой на одной стороне. И ты сам прекрасно понимаешь, что другого выхода нет...

Он помолчал, глядя на меня, ожидая хоть какой-нибудь реакции, но я оставался нейтрален к его словам и никак не реагировал. Я проникся абсолютным безразличием к «.» и своей жизни на этой линии и уже переключился на позицию наблюдателя, как учили Кирилл и Меньшов. Я неожиданно стал всё меньше и меньше верить в себя здесь. Я начал ощущать себя в каком-то другом месте, совершенно ином, не связанном ни с этой линией, ни с какой бы то ни было предыдущей... почему-то в том месте было море...

— Ах, да, — вспомнил Алексей Алексеич, вроде бы уже собиравшийся уходить, — к слову о «.». Сайт твоего дружка прикрыли как экстремистский в соответствии с законом о «СМИ». Всю редакцию арестовали, компьютеры и документы изъяли, а самого Игоря выпустили при условии, зет он будет кооперэйт со следствием. Так что будь осторожен и не вздумай выходить с ним на связь!

— Откуда у тебя такая информация? — я не хотел верить ему.

— Мы разрослись настолько, зет уши у нас есть теперь везде.

— Значит и у него тупик, — задумчиво произнёс я. — Тогда мне абсолютно точно надо с ним встретиться.

— Ты с ума сошёл? Он же всех уничтожит! — снова был готов сдитанировать Алексей Алексеич. — Игорь работает на номенклатуру, а значит с удовольствием заложит кого угодно за деньги.

— Он мог измениться за это время, но это всё ещё мой друг и, возможно, единственный человек, способный меня понять, — спокойно заключил я тоном, не подразумевающим обсуждений.

Алексей Алексеич глубоко вздохнул.

— Ты же понимаешь, зет я не могу допустить, чтобы ты натворил глупостей и подставил нас?

Я криво улыбнулся, уже понимая, к чему он ведёт. Он помолчал с пару секунд, кивнул головой как бы в подтверждение своих мыслей и позвал:

— Охрана, — и встал с кровати.

В комнату вошли Мишка и какой-то неизвестный мне парень — оба одинаково бритые, накаченные и одетые.

— Свяжите его и проследите, чтобы он не покидал эту комнату. Кормить три раза в день, по просьбе приносить чай и включать телевизор.

Оба одновременно выдали: «будет сделано» — и направились ко мне. Я не сопротивлялся. В конце концов у меня есть свои методы выхода на свободу. Только сказал, глядя с досадой на Мишку:

— И ты, Миша? — и печально улыбнулся.

Он лишь в ответ с сожалением еле заметно поджал губы.

Привязали они меня к кровати крепко — так, что даже толком шелохнуться нельзя было — всё проверили, посмотрели на Алексея Алексеича. Тот только дал им знак, и они вышли.

— Я очень сори, что так получается...

— А я всё равно отсюда выберусь, — улыбаясь проговорил я.

Он покачал головой, тяжело вздохнул, осмотрел комнату. Взгляд его остановился на старом электронно-лучевом телевизоре, подвешенном на ноге к стенке, бросил по привычке: «Надо бы тебе телевизор побольше... Я распоряжусь» — и вышел.

Апатия напала на меня — делать ничего не хотелось (да и не было особых физических возможностей), только мысли о том, что «.» закрывается не покидали меня. Сайт Игоря закрыли, мою организацию очевидно вот-вот прихлопнут. Значит совсем скоро я стану свободным. Но до этого мне надо встретиться с Игорем, чтобы посмотреть на него и от него самого услышать о сайте. Но как бы так встретиться с ним на нейтральной территории и переговорить?.. Нужно попытаться повторить свои трюки с перемещениями...

А эти мои воспоминания с линии Мэтью?.. Кто такой тот Кирилл? Почему он так свободно со мной говорил и был столь самоуверен? И к чему он допытывался о 41? И что это вообще такое «41»? С чего я должен что-то знать об этом? Впрочем, можно ли доверять сумасшедшему фанатику?!

Я даже и не заметил, как в этих мыслях погрузился в сон...


«Точка»
Подняться вверх страницы
Вы можете написать мне письмо прямо с сайта (вот отсюда).