Арт - Творчество

Хитрые манипуляции

Я вскочил в своей кровати с широко открытыми глазами. Пощупал себя, посмотрел на руки, поморгал. Встал с кровати, осмотрел комнату. Всё, вроде бы, было так же, как всегда. Я осторожно, стараясь не шуметь приоткрыл дверь и посмотрел через получившуюся щель. Всё чисто и спокойно. Более смело открыл дверь и на цыпочках прокрался на кухню, боясь обнаружить там змею на столе. Но нет, никого, вроде бы, не было.

Я зашёл в ванную комнату и посмотрел на своё отражение в зеркале. Выглядел я жутко измотанным и уставшим, как будто и не спал вовсе, а всё это время жёстко пил. Почистил зубы и пошёл на кухню делать завтрак. Поставил подогреваться молоко в СВЧ, когда обратил внимание на время. Было ещё только 4 утра, хотя на улице было светло на все восемь.

— Хей? — решил я позвать Союзника.

— Дурик, ты чего не спишь в это время? — сразу же отозвался он.

— Да вот... не спится что-то, — съязвил я.

— А ты себя заставляй, — пошутил Союзник.

— Что это было? — пропустил я шутку мимо ушей.

— В каком смысле? — удивился он. — Я же тебе уже всё рассказал и показал.

— Когда это? — не понял я и направился в свою комнату.

Удивительно, но пока я шёл к себе, за окном установилась привычная для 4-х утра темнота.

— В самом начале. Помнишь? «Не забывай, кто ты и где находишься. То сновидение, в которое ты сейчас отправляешься не принадлежит тебе...»

— Не помню, — поморщился я и уселся в кресло.

— Плохо. Надо лучше себя помнить. Потому что потом ты очень просто и легко сделал нужный скачок. Прям, с первого раза удалось сделать всё, как надо.

— Так что же я сделал?

— Эх, — вздохнул Союзник. — Вот этого мне тебе рассказывать не хотелось бы, да и не буду я. Тебе самому надо будет вспомнить.

— Блин! — выругался я. — Тоже мне «Союзник». Ну и иди ты в жопу!

Я заткнул его, обиженно завалился в кровать и практически сразу же провалился в чёрный плотный сон.

Утром я проснулся на пять минут раньше будильника, полный сил и энергии. Казалось, события ночи не оказали на меня никакого влияния, а трёх часовой сон восстановил меня на все 100%.

Утро прошло как всегда: умылся, позавтракал, потолкался в пробке на работу. Ночные события, казалось и вовсе не происходили — настолько всё было привычно. В офисе, однако, меня ждал сюрприз. Анжела встретила меня сообщением о том, что меня срочно хочет видеть Владимир Алексеевич. У него якобы есть какая-то новая информация, касающаяся нашего тендера.

— И когда же он меня хочет видеть? — недовольно спросил я, уже ожидая подвоха.

— Прямо сейчас — было бы идеально, но он готов подождать, — с кислой миной проговорила она.

— Прямо сейчас?! Да до его комитета ехать по пробкам минимум минут сорок...

— Поэтому вам надо уже выезжать, — подтвердила Анжела.

— Что за чёрт! А как же работа?! Он считает, что мне работать совсем не нужно??!

— Всё, что касается документов, я возьму на себя, — по-деловому заявила Анжела, — а остальное может подождать.

Я вздохнул. Делать было нечего. Я измерил свой кабинет взглядом, желая зацепиться хоть за какую-нибудь причину, позволившую бы мне остаться дома. Ничего не найдя, я закрыл дверь и пошёл вниз, в гараж, к своей машине.

По дороге к Владимиру Алексеевичу, в пробках, я думал о том, какова же может быть причина моего вызова, и может ли она быть связана с моими странными сновидениями. В памяти всплывал эпизод с воронами и умиротворённым лицом Владимира Алексеевича. Весь эпизод представал передо мной чётко и ясно. Так же ясно вспоминались события до этого эпизода в моей квартире, но что же было до них, до того как я проснулся во сне, разобрать не получалось, хотя было устойчивое ощущение того, что что-то в этом выпавшем кусочке было важное...

— Хей, — сдержанно позвал я Союзника.

— Ого! То есть теперь вместо «иди ты в жопу», «хей»?! — с претензией отозвался он. — Ты уж определись!

— Да ты тоже хорош, — перебил я. — Ты же мне должен помогать... Сам же говорил. Так чего не помогаешь?!

— Потому что ты — вспыльчивый осёл! — воскликнул тот. — Спичку поднеси — та сама загорится.

— Так! Либо помогай уже, либо заткнись! — рявкнул я.

Союзник замолчал.

— Хей? — спросил я.

— Да, — отозвался он. — Чёрт с тобой! Вспомни, мои последние слова ночью.

— «Не забывай, кто ты и где находишься»? — нехотя процитировал я.

— Да, — подтвердил он. — А дальше?

— А дальше.., — я хотел было вспылить и бросить: «А дальше я ни черта не помню», но то ли свежий загазованный воздух на меня повлиял, то ли просто время суток оказало своё влияние, неожиданно эпизод сам собой всплыл из глубины...

Чёрный фон, ни капли света. Но вокруг меня ощущается какое-то замкнутое пространство. Я вишу в воздухе. Дышать не получается, но, кажется, и не нужно. Перед моими глазами появляется сиреневый, излучающий слабый свет, пузырик.

— Привет! — отдаётся он голосом Союзника в моей голове, еле заметно вибрируя.

— Где я? — думаю я, но ни звука издать не могу.

— Ты в «чёрном мире». Кастанеду не читал?

— Нет.

— Ну, и хорошо. Всё равно там всё не так... «Чёрный мир» — это один из миров алмазного круга. Здесь нет никаких проекций. Только тьма и остатки случайно забредших кусочков сознания.

— Это как?

— Это просто. Иногда в моменты угрозы жизни существо может бессознательно выскочить за рамки стандартных кругов. Тогда, проследовав по одному очень тонкому и витиеватому пути, оно может оказаться в «чёрном мире». Только конструкторы и более сильные существа могут перемещаться сюда и отсюда сознательно...

— Это твой дом? — пришло мне в голову.

— Я выбрал это место своим домом на некоторое время, да.

— Зачем?

— Тут безопасно и спокойно. К тому же, тут есть энергия, оставленная этими забредшими кусочками сознания. Вот, например.

Я вспомнил, что вокруг меня летали небольшие разноцветные пузырьки. Союзник вытянулся, приняв форму эллипса, и проглотил один из пузырьков.

— М... — протянул он с наслаждением. — Со вкусом Егора...

— Ты ешь чужое сознание?! — удивился я.

— Я поглощаю чужую энергию. Попробуй.

Морщась (мне хотелось, чтобы я морщился, но вряд ли у меня это получилось ввиду моей бесформенности), я неуверенно проглотил один из шариков. Мгновенно в мою голову ринулись воспоминания, съеденного мною сознания. Прямо перед столкновением с автомобилем, девушка от испуга переместилась в «чёрный мир». Вместе с её энергией я проглотил и её панический страх столкновения, а потом — и смятение от пребывания в этом мире.

— Какая гадость! — воскликнул я. Пережитых эмоций хватило для того, чтобы отбить желание глотать такую дрянь до конца жизни... По крайней мере, мне так на тот момент показалось.

— Зато теперь у тебя больше энергии... И дорогу ты сюда знаешь, так что всегда сумеешь вернуться...

— Зачем мне эта гадость? — не понимал я. — Да и вообще зачем я здесь?!

— Тебе нужна энергия, чтобы совершать всякие нестандартные вещи. Сейчас, например, тебе она нужна для того, чтобы перенестись в чужое сновидение.

— Какое сознание?! О чём ты говоришь??!

— Тебя беспокоит Коварин? — невозмутимо проговорил Союзник. — Так переместись к нему в сон и реши свою проблему через его подсознание...

Я очнулся. Со всех сторон бибикали. Слева от меня подъехал лысый мужик на чёрной Волге, опустил стекло и прорычал:

— Уйди на хрен с дороги, мудак!

Я показал ему на автомате средний палец, но тот ответить уже не смог, так как вынужден был ретироваться из-за плотного потока. Только ругнулся в мою сторону и поехал дальше.

Кажется, я простоял бездвижно по среди дороги несколько минут. Теперь же я пришёл в себя и, наконец, поехал дальше, на встречу с Владимиром Алексеевичем, но уже в приподнятом настроении.

В дороге я провёл около часа и, когда явился к нему, у того уже были посетители. Секретарша, завидев меня, вскочила и принялась обхаживать:

— Игорь Анатольевич! Здравствуйте! Владимир Алексеевич скоро освободиться. Он очень вас ждал. А пока не хотите ли кофе или чаю?

— Эспрессо есть? — грубовато ответил я. Она никогда до этого так вокруг меня не скакала.

— Да, конечно. Сейчас, — протрещала практически боголепно она и убежала заваривать кофе.

Я сел в кресло и стал ждать. Ощущения были почему-то такие, будто у меня на руках все козыри, и я могу расслабиться и позволить другим унижаться передо мной.

Секретарша прискакала с кофе, налитом в дорогой тонкий фарфоровый китайский сервис, протянула мне и ещё поинтересовалась:

— Не желаете ли почитать чего-нибудь? У нас есть подборка свежих газет и журналов.

Я не желал.

Слава богу, ждать пришлось не долго. Я даже не успел допить кофе, когда дверь открылась и оттуда вышел полноватый, весь вспотевший мужчина. Со страхом в глазах он поглядел на меня, потом — на секретаршу, сказал ей: «До свидания», на что та только еле заметно кивнула, и пошёл прочь.

— Игорь Анатольевич, Вы можете пройти, — сказала она так, что заглавная буква в «Вы» даже почувствовалась. Какая честь!

Несколько вальяжно и самоуверенно я поднялся с кресла и прошёл...

— Привет, Игорь, — поприветствовал меня в кабинете Владимир Алексеевич и даже встал, подошёл и пожал руку, что совершенно не было для него характерно.

— Здравствуйте, — добродушно ответил я, сам же внутри напрягся, пытаясь разобрать его новую игру.

— Ну, как там у тебя дела? — он прошёл к своему месту и плюхнулся в кресло. Я сел в кресло напротив.

— Работаем... Не покладая рук, при чём. Запара сплошная, нервотрёпка, и времени не хватает..., — хитро взглянул я на него.

Владимир Алексеевич на это поморщился и вздохнул.

— Всё суета, Игорь. Ты понимаешь? Мы тут крутимся, бегаем без устали, работаем, а чёрный ворон нас всё равно в какой-нибудь из дней возьмёт под своё крыло.

Он посмотрел на меня вопросительно.

— Ты понимаешь, о чём я? Знаешь, что символизирует чёрный ворон?

— Конечно, — нагло бросил я. — Только к чему это всё? Вы хотите пофилософствовать, и вам нужен слушатель?

— Конечно, нужен... только нормальных собеседников: один — два, да и обчёлся...

— Может быть, ради этого, надо было позвать вашу секретаршу, а не тащить меня с другого конца города? — со слабой злостью заметил я.

— Секретарша — это секретарша. Её удел — кофе, да минет делать. Нормально поговорить с ней нельзя по определению.

— Возможно, это зависит от самой секретарши? — заметил я.

— Возможно, но это неважно, — раздражился Владимир Алексеевич. — Я не о том. Что ты так суетишься?! Всё переживаешь за своё время, весь в работе, в своих проблемах... Всё время в бегах, и просто забываешь о том, что ты живёшь, о том, что ты всё ещё жив. А придёт чёрный ворон в один из этих дней, придёт неожиданно, и всё. Жизнь закончена. А что сделал за это время? Только деньги да болячки заработал.

Владимир Алексеевич говорил с пафосом, при этом ничего нового из его слов я не почерпнул. До всего этого я дошёл сам уже достаточно давно.

— Вот ты, наверно, думаешь о том, что всё это банальщина, — неожиданно заговорил он. — Но в банальных вещах обычно всё самое ценное и скрывается. Люди отмахиваются от этого, считая, что всё уже знают, но при этом ничего не делают для того, чтобы хоть как-то учесть эту банальщину.

Я хмыкнул.

— Вот, например, банальная фраза: человек смертен, причём внезапно, — Владимир Алексеевич важно поднял указательный палец правой руки, как бы обращая моё внимание на сказанное. — Банально?

— Банально, — подтвердил я.

— Но ценность фразы от этого не уменьшается. А что ты для себя почерпнул из этой фразы? — он явно хотел меня как-то озадачить и подловить, однако я не был настроен на это.

— То, что мне не стоит попусту тратить своё время на трёп ни о чём.

Владимир Алексеевич явно стал злиться...

— Почему пустой? Ну, почему ты не можешь хоть на секунду оторваться от своих проблем и нормально по-человечески поговорить?

— Может, у меня нет на это ни времени, ни денег? — спросил я, пытаясь уловить его настроение.

— Деньги?! Если тебе нужны деньги, я дам их тебе! — пафосно заявил он. — Только остановись и задумайся...

Весь его дешёвый трёп был скорее рассчитан на обделавшегося от страха первоклашку. Я же уже в этой школе заканчивал старшие классы...

— Договорились, — поймал его я. — 50% от того, что вы взяли себе с проекта... А то трепаться каждый горазд, говорить о банальщине — тоже, а на реальные действия способны лишь единицы...

В этот момент в голове у меня всплыл эпизод с воронами, клюющими мальчика в песочнице, и человеком, готовым броситься на помощь. Откуда-то сверху раздался шёпот Союзника: «да, помоги ему», — и человек побежал к мальчику.
Владимир Алексеевич неожиданно замолчал, посмотрел с ноткой страха по сторонам, после чего пустым безучастным голосом изрёк:

— Игорёк, ты что-то путаешь. Я себе ничего не брал. Но если бы у меня что-то было.... — тут он замялся, встал с кресла, прошёл к окну, как будто в некотором забытии, после чего уселся назад в кресло и изрёк: — Да.

— Что «да»? — уточнил я.

— Я тебе помогу. 50% твои.

В воздухе повисла пауза.

— Только это будет плата за то время, которое ты будешь уделять на общение со мной. Каждую неделю, каждую пятницу, в конце дня, ты будешь приезжать ко мне и докладывать о том, что происходит в организации и выслушивать мои рекомендации.

Так легко такие суммы денег мне ещё никогда не доставались...


«Точка»
Подняться вверх страницы
Вы можете написать мне письмо прямо с сайта (вот отсюда).