Арт - Творчество

Карлсон

— Что же, теперь мы работаем с тобой вдвоём, — проговорил Союзник, когда я пришёл в себя.

Я сидел в своей машине и, кажется, не особенно осознавая того, добрался до своего дома и припарковался. Тело ломило, мышцы ныли. Было такое ощущение, будто я весь день таскал мешки с песком, причём не только руками, но и спиной, головой, губами и даже пальцами ног, и ни разу не присел... Впервые в жизни уставшими у меня были, наверно, абсолютно все мышцы в организме.

— Что это было? — спросил я Союзника.

— Игра в смерть. Кое-кто тебя толкнул, и ты чуть было не рассыпался. Если бы не я, тебя бы уже не существовало.

— Я должен тебя поблагодарить? — хмуро спросил я.

— Можно, но у меня нет привязанности к благодарностям.

Я вышел из машины, захлопнул дверь и направился домой.

— Что теперь?

— Теперь, когда ты убедился в том, что я был прав, кому ты доверяешь?

— Никому, — буркнул я.

— Это правильно, — подтвердил союзник. — Но помимо этого, кажется, я показал, что мне тоже можно доверять, — мне показалось, что где-то там, на другом конце провода, он даже улыбнулся.

— Посмотрим, — не желая соглашаться с этой мыслью, но понимая, что других вариантов у меня собственно говоря, и нет, проговорил я.

— Хорошо. Я понимаю, что тебе надо свыкнуться с мыслью о том, что голос в твоей голове может стать твоим учителем...

— Да, — только и ответил устало я, скидывая с себя вещи и залезая в кровать. — Но всё это завтра. Я мертвецки устал.

Ночью мне снились обрывки из каких-то знакомых сцен, идентифицировать которые, правда, мне не удавалось.

Я был в психиатрической больнице. Мой лечащий врач улыбался и сиял.

— Вот видишь, тебе удалось прийти в себя. Ты понимаешь, что это значит? — говорил он в каком-то тумане.

— Что я псих?

— Нет, конечно, — помотал врач. — Мой метод работает. А раз так, то это просто-таки революция в области психотерапии. Результаты пока очень не стабильны, но то, что они есть — уже прекрасно!

— Гениально! — насупившись отреагировал я. — Если вы не против, я бы предпочёл отправиться спать и провалиться в чёрную бездну, а то после всех этих событий с туманом и розовыми глазами, у меня не осталось энергии.

Доктор быстро помутнел. Всю радость с него как рукой сняло.

— Да, конечно, — печально ответил он. — Я понимаю, что эффект пока лишь временный. Но мы будем работать дальше. И мы обязательно добьёмся результатов, Джек. Не волнуйтесь, я это просто так не оставлю.

Я устало, но с улыбкой посмотрел на доктора и рассмеялся как ненормальный.

— Джек?! Какой ещё Джек?! Я Игорь вообще-то! Вы меня с кем-то перепутали, доктор!

После этого сновидение рассеялось и обратилось в чёрную бездну, как я того и желал.

Проснулся я часов в десять, когда мой будильник уже просто умер от звона. Усталость в мышцах заменила боль во всём теле из-за молочной кислоты. Двигать руками и ногами не хотелось, хотелось лишь лечь в какую-нибудь горячую ванную и остаться в ней на веки вечные. Я нашёл в себе силы для того, чтобы пересилить мышечную боль, позвонить в офис и сказать, что жутко заболел, после чего мне удалось добраться до ванной и осуществить своё желание.

— Как водичка? — поинтересовался Союзник, пока я валялся в ванной.

— Шикарно, — подумал я ему в ответ.

— Если хочешь, чтобы это всё прошло поскорее, настраивайся на то, что у тебя ничего не болит, а не на то, что ты самый больной в мире Карлсон.

— Такие советы очень просто давать, — буркнул я. — А вот следовать им... Побывал бы ты в моей ситуации, я бы на тебя посмотрел...

— А я был в такой ситуации, — возразил Союзник. — Именно так я и пришёл к истиной свободе.

— Что значит «истинная свобода»? Разве быть конструктором — это не истинная свобода?

— Конструктором?! — воскликнул ехидно Союзник. — Конструктор — это свобода?! Слушать, что тебе говорит голос свыше, стоять на лестнице и ждать продвижения?! Ты что, с ума сошёл?! Разве может быть существо свободно, находясь на лестничной клетке? О какой свободе может идти речь?

— А слушать, что тебе говорит голос в голове — чем-то лучше? — поймал я его.

— Ну! — растянул он в ответ. — Это совсем другое дело. Я тебя только веду к свободе, и как только мы дойдём до неё, ты уже дальше пойдёшь без меня. Но это точно не будет положение, когда над тобой всё время кто-то стоит и что-то нашёптывает...

— Кажется, я задел за больное? — устало заметил я.

— Нет, что ты! — спокойно ответил Союзник. — Просто меня искренне удивляет ход твоих мыслей.

— Ну, а что же ты хочешь от меня?! Я ведь, совсем ничего не знаю об этих ваших «свободах».

— Ты-то как раз знаешь много. Возможно только, пока не допускаешь до себя это знание.

— Возможно. Так что же такое «истинная свобода» в твоей интерпретации?

— Истинная свобда — это не быть частью системы, — философски, но очень кратко ответил Союзник.

— Ну, и как это? — устало спросил я. И так было тяжело, так этот хмырь ещё заставлял из себя вытягивать информацию.

— Ты поймёшь со временем, — в духе Кирилла ответил Союзник. — Пока же приходи в себя, возвращайся к «.» и перестань строить из себя Карлсона!


«Точка»
Подняться вверх страницы
Вы можете написать мне письмо прямо с сайта (вот отсюда).